А.Ярославский: Мне доставляет удовольствие взять проблемный актив и сделать его прибыльным

Новый "старый" владелец ХТЗ рассчитывает на реанимацию предприятия и освоение новых рынков

Известный харьковский бизнесмен, президент компании DCH Александр Ярославский после почти четырехлетнего перерыва возобновил свою активность на украинском рынке. Причем возвращение Ярославского ознаменовалось приобретением им весьма проблемного актива – Харьковского тракторного завода. Ситуацию дополнительно обострил факт объявления в розыск директора ХТЗ Андрея Коваля. О новых инвестиционных проектах и старых футбольных делах с бизнесменом побеседовала харьковский корреспондент Hubs Юлия Пожидаева.

 

— Какие причины и мотивы побудили вас приобрести такой проблемный актив как ХТЗ – с долгами, скандалами и конфликтами?

— Здесь нужно говорить о комплексе разных причин. Во-первых, я не боюсь проблем. Более того, как бизнесмену мне доставляет удовольствие взять проблемный актив и сделать его прибыльным. Кроме того, именно в фазе проблемности такой актив можно приобрести по самой низкой цене. К тому же за двадцать пять лет в бизнесе у меня выработался иммунитет на скандалы и конфликты – без этого редко обходится.

Что касается долгов ХТЗ, то у меня достаточно средств, чтобы их погасить. С конфликтами будем разбираться, собственно, этот процесс уже начался – стартовала санация предприятия. И есть еще одна, очень важная для меня причина: я харьковчанин, я очень люблю свой город, и судьба ХТЗ – предприятия, которое долгое время было символом харьковской промышленности, где работают три тысячи харьковчан, мне небезразлична.

Вы знаете, что я раньше уже владел ХТЗ, он для меня не новый и не чужой. И вообще, этот завод находится недалеко от моего дома – удобно добираться (смеется).

— Все это так. Но ХТЗ сегодня оказался в очень сложном положении. Завод стоит, счета заблокированы, долги превысили 600 млн грн. Перспективы производства и сбыта продукции непонятны – в условиях сегодняшних отношений с Россией. Что делать со всем этим?

— Давайте по очереди. Да, завод сегодня стоит, его работа парализована. Я готов прямо сейчас рассчитаться с людьми за три месяца, хотя это и не мои долги – в моих компаниях такого не бывало. Там где-то 20 млн грн долгов по зарплате, но для этого необходимо, согласно процедуре, которая займет какое-то время, разблокировать счета. И это сегодня — главная задача, мы этим занимаемся.

Относительно перспектив производства и сбыта – конечно, те времена, когда ХТЗ выпускал 50 тысяч тракторов в год, вряд ли можно вернуть. Но поверьте: я как бизнесмен не собираюсь делать ничего себе в убыток.

Мы просчитали разные риски и варианты, в том числе – технологические решения, которые позволят выпускать продукцию современного качества, интересную и конкурентоспособную на рынке, а также – разнообразить ее ассортимент.

По отношениям с Россией – сложный вопрос, потому что традиционно для ХТЗ это был важный узел и поставки комплектующих, и смежных предприятий, и сбыта продукции. Но если на официальном уровне эти отношения нужно будет свести до минимума, значит – будем находить альтернативные решения. В плане сбыта мы ориентируемся, прежде всего, на внутренний, украинский рынок. Но есть еще и Казахстан, и Куба, и Иран, и другие варианты.

— Есть еще и политические обвинения со стороны СБУ – насчет продажи в Россию продукции двойного назначения, секретной технической документации, намерения приглашенного вами директора Андрея Коваля чуть ли не уничтожить завод путем демонтажа оборудования и сокращения персонала. В СМИ указывают на ваши деловые связи с российским олигархом Олегом Дерипаской, которому вы в 2007 году продали ХТЗ. Как быть с этим?      

— Я никогда не смешиваю бизнес и политику. Не хотел бы комментировать действия силовых органов. Но как гражданин я не верю в такие замыслы и действия руководства ХТЗ.

Я двадцать лет знаю Андрея Коваля, который проявил себя как отличный менеджер, в том числе – кризисный, возглавляя разные мои предприятия, в частности, черкасский «Азот». И я долго уговаривал его вернуться на ХТЗ – как специалиста, который уже работал здесь и мог бы качественно оценить ситуацию. Поэтому считаю, что те, кто выдвигает обвинения, должны их доказать.

Дерипаске я тогда продал ХТЗ именно из соображений, что в тот момент у него было гораздо больше возможностей развивать завод – по технологиям, смежникам, сбыту – и сделать больше добра для харьковчан. Но это было девять лет назад, с тех пор ситуация в силу известных причин кардинально изменилась, и Дерипаске стало неудобно работать на украинском рынке. Сегодня он не имеет к ХТЗ отношения: у него ноль целых и ноль десятых акций предприятия. ХТЗ принадлежит мне (62,44%) и нашим австрийским партнерам.

Если же говорить о сокращении персонала, то наоборот – мы сегодня реально заняты тем, чтобы привлекать людей, вернуть на завод пенсионеров, чтобы каждый из них обучал бы по несколько молодых специалистов. Главное – убрать препятствия и запустить производство, а не отвлекаться на политические проблемы.

— Будете ли вы привлекать внешние инвестиции?

— Нет, у меня хватает своих денег – я еще в 2010 году выгодно продал ряд активов, и мне нет нужды привлекать других инвесторов. На сегодняшний день в ХТЗ нужно инвестировать порядка 350-400 млн грн. Деньги есть, и к тому же я не тороплюсь с тем, чтобы «отбить» вложения. Главное, чтобы внутри не создавали искусственных препятствий и не мешали работать. Со всем остальным разберемся самостоятельно.

— Ожидаете ли вы поддержки от государства?

— Да, но не в плане бюджетных вливаний. От государства хотелось бы, прежде всего, программ поддержки отечественного сельхозпроизводителя, которые позволили бы нашим фермерам приобретать трактора от ХТЗ на 30-40% дешевле.

Хотелось бы также определиться с госзаказом на оборонную продукцию – мы готовы запустить и такое производство. В минувший четверг (9 июня – ред.) я встречался с Президентом Украины, и мы обсуждали такие возможности.

А самая главная поддержка сейчас – чтобы не мешали работать.

Сегодня есть все для того, чтобы запустить ХТЗ и возобновить производство тракторов: есть площадки, есть специалисты, есть деньги. Есть всем известный опыт успешных проектов – от «УкрСиббанка» до аэропорта и отеля, построенных к Евро-2012. При этом я сам заработал свои деньги – причем не покупал, а создавал. Никогда не покупал предприятий на спецконкурсах, а потом, выжав все соки, бросал. И не деньги из Украины выводил за рубеж, а украинский продукт выводил на европейский рынок.

— Какие еще инвестиционные проекты в ваших планах?

— Сегодня я хотел бы говорить только о самом важном и актуальном проекте – это ХТЗ. Остальное – по мере поступления.

— Не могу не спросить о судьбе ФК «Металлист». Харьковские болельщики не теряют надежды, что вы спасете клуб.

— Это больная тема. Все еще больная для меня. Безусловно, нельзя оставить Харьков без любимого клуба. Но у «Металлиста» сегодня есть собственник, по крайней мере – формальный, публичный, который заявляет о том, что не собирается продавать клуб. Поэтому все разговоры пока не имеют конкретного смысла.

Я недавно впервые с 2012 года пришел на стадион «Металлист» – на концерт группы «Океан Эльзы»». До этого просто не было никакого желания появляться там, куда вложил столько сил, энергии, нервов – и все знают, чем это закончилось.

Сегодня я получаю удовольствие от регбийного клуба «Олимп», который стал уже одиннадцатикратным чемпионом Украины. Нравится видеть достижения реальные – а не на словах или на бумаге. И тем, что удалось добыть Евро-2012 для Харькова, я буду гордиться всегда. Сейчас, в дни Евро-2016, есть повод вспомнить об этом. По эмоциям это гораздо приятнее вспоминать, чем историю с «Металлистом».

Кстати, и в случае с «Металлистом» я актив продал, но деньги не вывел за рубеж. И сегодня они работают в Украине, в том числе – на ХТЗ.

Один комментарий;

*

Top